Интервью с Виталием Николаевым, "Лучшим водолазом - 2025".
Каково это — быть водолазом? Постоянное обучение, борьба с течением, поиск людей почти при нулевой видимости, работа со страхом и большое желание помочь людям. Виталий Николаев дважды становился «Лучшим водолазом» в 2022 и 2025 году. 14.RU узнали, почему иногда приходится передвигаться на дне на четвереньках, как вытаскивать людей из лап стихии, а также о специальном языке водолазов.
Постоянно учатся
Виталию Николаеву 38 лет, он родился в Жиганском районе. Женат, отец двоих детей. В 2018 году устроился водителем в Службу спасения Якутии, а в 2021 году стал водолазом.
— Вы добились признания почти сразу после начала службы, что для вас значит эта награда?
— Чтобы получить ее, считают баллы, например, сколько командировок было. Одна поездка стоит один балл, можно поехать не только водолазом, но и водителем. За каждое найденное тело тоже получают балл.
— Сколько у вас командировок было за прошлый год?
— Точно не знаю, примерно десять — в самые разные точки республики. Мы ездим по всем районам, самая дальняя точка в 2025 году — поселок Тикси, там в одной из проток пропал человек, его искали 15 дней.
В Службе спасения в водолазном подразделении работают 12 человек, 10 из них выездные, двое — это заместитель начальника и водолазный специалист.
— Как вы решили стать водолазом?
— Когда я был водителем, смотрел на их работу, и мне это понравилось, стало интересно. Чтобы стать водолазом, конечно, надо пройти обучение: оно начинается зимой, а весной сдается экзамен по теории, после этого начинаются учебные спуски в воду. Бывает, что отправляют в Москву на повышение квалификации. Каждый год сдаем экзамен, он выглядит как обычный экзамен в университете — достаешь билет, отвечаешь. В билете бывает пять вопросов и задача, например, как правильно дышать и рассчитать запасы кислорода.
— То есть математика обязательно нужна?
— Да и физика. Нюансов в нашей работе много.
— Помните свое первое задание? Какие были ощущения?
— Помню, мы искали человека в Таттинском районе, человек пропал на озере. Я погрузился, видимости не было, работал на ощупь и достаточно быстро его нашел, поэтому особо не понял, что чувствовал. Находить тела всегда страшно, но что делать? Кто-то же должен работать.
— Как проходит ваш рабочий день, если нет вызовов?
— Сидим в классе и учимся, проверяем обмундирование. В нашей работе надо постоянно учиться.
Как это — погружаться под воду и что для этого нужно
— Якутия — регион экстремальных холодов. Вы работаете в любую погоду или есть какие-то ограничения?
— Стараемся в любую погоду нырять, если позволяет течение. Человек пропал, родственникам нужно помочь.
— Есть ли какие-то правила, как правильно вытаскивать тела? Учитывается ли насколько долго он был в воде, например. Или вы просто хватаете и вытаскиваете?
— Стараемся хватать, потому что мешает течение. Надо всё делать быстро, а то уплывет, не дай Бог.
— Как выглядит ваше профессиональное обмундирование?
— У нас есть два типа костюма — летний, он называется костюм мокрого типа, ну и зимний. Летний костюм легкий, а зимой нужно дополнительно одеваться. Сам кислородный баллон весит примерно 8–10 килограммов, также есть ласты либо утяжеленные ботинки, чтобы ходить по дну. В кислородном баллоне запас воздуха — 20 литров на 200 баррелей (единица измерения давления. — Прим. ред.). Этого запаса хватает всем по-разному, зависит даже от строения человека, но примерно хватает минимум на 30 минут.
— Как вообще происходит погружение?
— Работает команда из четырех человек — это мы называем «станцией» — старшина, страхующий водолаз, обеспечивающий водолаз и работающий водолаз. Обеспечивающий следит за безопасностью работающего, контролирует снаряжение, глубину и время пребывания под водой, его можно назвать вторым пилотом. Страхуюший водолаз нужен, чтобы оказать помощь работающему, если с ним, не дай Бог, что-то случилось во время погружения.
— Можете описать, как ощущается погружение, особенно зимой? Есть ли какие-то правила по глубине? Насколько максимально вы можете погрузиться?
— Когда погружаешься, руки мерзнут, не видно ничего. Водолазы четвертого и пятого разряда могут работать на глубине 20 метров, шестого и седьмого разряда — еще глубже. У меня сейчас пятый разряд. Мы часто тренируемся в барокамере — это купол, в котором воссоздают давление такое же, как под водой. Оно ощущается как давление на тело, и бывает, что закладывает уши. Чтобы убрать это ощущение в ушах, надо «продуваться». Для этого у всех способы разные, если маска позволяет, можно зажать нос и выдохнуть или можно глотать слюну.
Мы не ныряем, если очень сильное течение или глубина слишком большая.
Но себя надо беречь, если водолаз грубо нарушит правила, будут разбирательства, собой рисковать нельзя.
Впрочем, иногда приходится. Родственники ведь стоят, надеются, просят помощи.
— Приступы клаустрофобии в темноте и снаряжении бывают?
— Нет, таких у нас не берут.
— А как вы передвигаетесь в воде? Ходите по дну, плывете?
— Кому как удобно, на четвереньках можно или даже лежа ползти. Ходить тоже можно или немного «продуться» и как будто бы парить в воде. Я в основном передвигаюсь на четвереньках, так удобнее, особенно когда работаешь против течения.
— А какая в среднем скорость течения в реке Лене?
— Полтора метра в секунду примерно, но в горных реках оно еще сильнее, там вообще жестко. Я на таких реках работал в Томпонском и Оймяконском районах.
«Людьми руководила паника». О спасении людей на Даркылахе
— Я знаю, что вы участвовали в работах, когда под лед провалился автомобиль в Промышленном округе Якутска. Расскажете, как это было? Мне сказали, что водолазы четыре часа пытались зацепить машину, но удалось это только вам.
Семь человек провалились под лед в Якутске утром 27 декабря. Автомобиль «Тойота-Эстима» выехал на лед реки Лены в районе слива сточных вод. Водитель был междугородним таксистом, следователи возбудили уголовное дело в отношении него по факту оказания услуг ненадлежащего качества. Спастись удалось пятерым, двое погибли — 11-летняя девочка и 60-летний мужчина.
— Утром нас вызвали, погружение началось после обеда. Сначала работали спасатели. В тот день было очень холодно и на реке было сильное течение. Чтобы вытащить машину, мы сделали «ходовой» прием — использовали веревку с крюком, который зацепили за багажник. Когда выныривали, всё оборудование очень быстро замерзало, поэтому пришлось лить кипяток на редуктор (ключевой элемент дыхательного аппарата, который соединяет баллон и подает кислород. — Прим. ред.), он замерзал, маска замерзала, было очень тяжело.
Первым погрузился наш начальник, но из-за сильного течения не получилось. Второй водолаз спустился, но он одевался на улице, поэтому у него всё замерзло, третьим стал федеральный водолаз из МЧС, но он взял слишком длинный трос, который парил в воде, а это мешает работе — в воде тяжело что-то таскать, тем более при таком течении.
Но он смог осмотреть место и, когда вышел, рассказал мне, как там обстановка. Ну и я пошел. Видимости почти не было, примерно 20–30 сантиметров только. Подошел сзади машины, там течение ослабело, потому что она стояла против него. Пробовал дойти до колеса, но течением срывало маску, долго копался, но в итоге смог зацепить крюк за багажник, и всё получилось.
— Вам не страшно?
Страшно, конечно, но ребенка жалко, надо было его достать. Страх мы подавляем внутри себя.
— У людей в салоне была паника, это по-любому. В комментариях много писали: «Как так можно было, ребенка оставить?» Но в такой ситуации людьми руководит паника и инстинкт самосохранения.
Как азбука Морзе, но водолазная
— Как вы психологически готовитесь к погружению? Обсуждаете ли вы свои страхи в коллективе? Как это — работать с родственниками?
— Родственники пострадавших иногда давят, но их в любом случае можно понять: у них шоковое состояние. Почти все думают, что если водолаз пришел, значит, сразу же найдет, но это не всегда так. Люди считают, что под водой всё видно.
Это не так. Особенно летом видимость плохая: ил поднимается, течение. Например, на поиски на площади в восемь квадратных метров может уйти целый час, поэтому мы можем начать работать в 10 утра и закончить в 10 вечера, так бывает. Не всегда, но случается.
Страхи обсуждаем, конечно. Страшна неизвестность, а с ней ты остаешься один на один. Еще темнота пугает, работаем в основном на ощупь. Если связи нет, тоже бывает страшно, но на этот случай разговариваешь через трос. Рация встроена внутрь полнолицевой маски.
— Это как?
— Как азбука Морзе, но у водолазов она своя. Например, если дернуть трос три раза — это означает выход, два раза дернуть и потрясти — это «налево».
— Это же страшная нагрузка на организм — постоянно испытывать давление на себе.
— Мы не всё время проводим под водой, у нас есть гидролокатор бокового обзора (аппарат, который используется как сканер. — Прим. ред.). Мы ездим и с помощью него изучаем местность, если видим что-то подозрительное, то спускаемся.
— То есть тела находятся на дне? Через какое время они всплывают?
— Примерно через дней 15, до этого они внизу. И всплывает тело не сразу, а потихоньку, сначала на метр и всё выше и выше. Чем выше тело, тем дальше оно уходит по течению.
— Страшно. Правда, что рыбы едят тела?
— Едят, но я таких не видел. Однажды искал человека, он 20 дней был в воде, когда приехали, он сам всплыл, разбух сильно. Но всё равно самое страшное — это искать детей.
Водолаз или буддистский монах?
— У водолазов есть свои приметы профессиональные или традиции?
— Особо нет, но когда под воду ходим, то даем что-нибудь в дар воде. Например, я даю оладушки или хлеб с маслом. Знаю, что в других регионах могут угостить воду коньяком. Я делаю это перед каждым погружением, прошу помощи и чтобы всё прошло хорошо.
— Как вы поддерживаете физическую форму? Чтобы выдержать вес снаряжения и такие нагрузки нужно постоянно тренироваться, мне кажется.
— Раньше в тренажерный зал ходил, сейчас уже нет, но всё равно пытаемся тренироваться, потому если ты физически не развит, то в водолазах тебе делать нечего.
— У вас были случаи, когда вы сами оказались в опасности во время работы?
— Бывало. Если в сильное течение работаешь, иногда под очки попадает вода и начинается паника. Неопытные могут при этом выбросить «загубник» (насадка с трубкой, которую держат во рту, она подает кислород. — Прим. ред.), а если ее выплюнул, то всё… Поэтому надо подавлять панику и специальной техникой слить воду из очков.
— Слить воду, находясь под водой?
— Да, это сложно, и для этого нужно тренироваться. Нужно зажать очки сверху, чуть-чуть приподнять их снизу и в этот момент начинаешь «продуваться» — выдыхать воздух носом.
— Как вы себя успокаивали в такие моменты?
— Ложился на грунт, то есть на дно. Нужно глубоко дышать, можно закрыть глаза, если вода в очках и потихоньку себя успокаивать. Всегда важно сохранять спокойствие, даже когда зацепился за что-то на дне.
— Вы почти буддистский монах, сохраняете спокойствие в любой ситуации. Это качество помогает вам в обычной жизни?
— Да, помогает. Всё равно привыкаешь к работе. Не надо зацикливаться, если будешь постоянно и сильно переживать, то долго не проработаешь.
Что нравится в работе и каких мест следует остерегаться
— Что вы любите в своей работе?
— Люблю ездить по нашей республике, общаться с людьми разными, видеть много мест. У нас тяжелая работа, но я вижу и такие простые, радостные вещи.
— Какой совет вы бы дали людям, которые живут рядом с водоемами или часто ездят купаться? Как справиться с нашей рекой?
— Главное — не паниковать. Думаю, когда понял, что тонешь, надо, наоборот, нырнуть и отдохнуть, задержав дыхание.
— А как не утонуть самому, когда спасаешь утопающего?
— Стараться подойти к нему сзади, не брать за руку: утащит за собой, лучше за волосы вытаскивать. Утонуть можно даже на мелководье, может просто свести мышцы.
В Якутске я бы посоветовал не купаться на пляже 203-го микрорайона, где ЖК «Паруса», там всё в ямах.
Даркылах тоже следует обходить стороной, как и район Петуховки, там тоже всё в ямах и плюс течение сильное.
— Что бы вы пожелали себе и коллегам?
— Находить не утопленников, а интересные находки. Я пока ничего не находил, а ребята вытаскивали много разных предметов, например ножи.
Беседовала Ольга Донская.
https://14.ru/text/job/2026/01/28/76225683/
